МОЯ ПРОЗА. МЕЧТА. Продолжение 3.
Friday, 17 March 2006 04:16![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
leon_orr
Сказать, что Лина впала в тоску – ничего не сказать.
Ей мгновенно опротивело все вокруг – и этот старый скрипящий половицами и дверями дом, куры, квохчущие весь день за сетчатым заборчиком, спокойно стоящие яблони, клонящиеся к земле тяжелые, полные семечек, подсолнухи – и прочая садово-огородная дребедень.
Всего лишь сутки назад она с наслаждением просыпалась в отведенной ей каморке, где по всем углам стояли корзины с яблоками, яблоки лежали на узком, с облезающей голубой краской, подоконнике, вперемешку с дозревающими помидорами, и стоял такой устойчивый яблочный дух, словно спала она в самой середцевине одного огромного красно-полосатого яблока.
Ночи были холодными, укрывалась она тяжелым стеганым ватным одеялом, а запах яблок, становившийся более острым в ночной прохладе, укрывал ее пологом, сквозь который не могло проникнуть никакое беспокойство.
Утра тоже были прекрасны: она умывалась под рукомойником, потом шла в курятник и собирала в корзинку яйца – два из них, еще теплых, она выпивала за завтраком – потом был завтрак: жареные грибы, деревенские творог и сметана, свежий зеленый лук и хрустящая редиска... Хозяин сам делал вино из вишен и яблок. Яблочное вино Лину не увлекло, а вишневое показалось очень вкусным, в результате чего все трапезы обязательно сопровождались двумя-тремя рюмочками почти черной сладкой жидкости, слегка обжигавшей рот и горло и наполнявшей их ароматом свежих вишен.
Потом она выходила на крыльцо и сидела там в потоках яркого утреннего солнца, которое было теплым, но не обжигало так, как это было в ее городе.
Она нежилась, как кошка и ленивые мысли бродили в ее голове о том, что хорошо было бы жить в деревне, среди всей этой красоты – подсолнухов и маков, огуречных плетей и острого пряного запаха помидорной ботвы, чтобы запах яблок не выветривался из комнат до нового урожая, а на столе всегда были бы жареные грибы и свежая сметана...
Потом ее звали в лес, она меняла ситцевый сарафан на брюки и ковбойку и окуналась в новое блаженство – прелесть и тишину смешанного леса Средней полосы, оглашаемую неумолчным пением птиц, где аккомпанементом выступали дробь дятла и легкий шелест листвы, отзывающейся на прикосновения шаловливо-ласковых ладоней легчайшего ветерка.
Поляны с высокой филигранной травой были расцвечены белыми и голубыми перевернутыми чашечками колокольчиков и забрызганы капельками земляничной киновари.
Грибы бесстрашно выбегали прямо на тропинку, и корзины быстро наполнялись подберезовиками с бархатными шляпками, пестрыми красавцами-подосиновиками, сопливыми среди лета, - маслятами и их более сухими кузенами – козлятами... Сыроежки всех цветов радуги грустно ломались в компании более стойких и крепких парней – груздей, белых и черных, - засыпая дно корзины кусочками своих белых тел, и, как апофеоз удачи, десяток белых важно возлежал поверх всей этой кучи-мала.
Потом жгли костер, жарили шашлык из принесенной с собой бастурмы и шли домой. Ноги слегка ломила приятная усталость, корзины оттягивали руки, сердце было заполнено счастьем и тишиной.
А на обед опять ели жареные грибы с картошкой, и Лина каждый раз говорила, что готова есть эту пищу богов каждый день по три раза.
Маленькая рюмочка вишневки обжигала губы, рот заполнялся жгучей ароматной сладостью – жизнь была так прекрасна, и невозможно было представить себе, что она может стать еще прекраснее.
Она и не стала.
Восемнадцатого июля Лина впервые за шесть лет бодрствовала и впервые за эти годы видела, как выглядит этот день – восемнадцатое июля.
Выглядел он, нужно отдать ему должное, замечательно, но девушка не замечала этого.
Без радости и охоты, скорее по уже возникшему рефлексу, она проделала весь утренний ритуал, так же машинально позавтракала и объявила опешившим родственникам, что уезжает в город.
Родня всполошилась. Предполагалось, что Лина проживет в деревне до самого начала занятий, чтобы оправиться от тяжелого учебного года, экзаменов, работы и набрать сил для учебы в университете...
В этом месте девушка прервала тетю и сказала, что она чувствует себя вполне здоровой и отдохнувшей, а поэтому хочет вернуться в город и, пока есть свободное время, походить по музеям и, вообще, познакомиться с достопримечательностями: ведь на первом курсе так трудно учиться, что у нее может просто не оказаться возможности погулять по Столице.
- Да где же ты жить будешь?! - вскричала тетя.
- А в вашей квартире нельзя?
- Почему «нельзя», можно, но холодильник пустой и выключен, что ты есть будешь? Деньги у тебя есть? Немного я тебе могу дать, но ведь больше месяца до занятий! Твои очень надеялись, что ты до сентября здесь пробудешь. Они говорят, у тебя здоровье слабое, в летаргию впадаешь. Бабушка писала, что каждое лето это с тобой бывает. Смотри, уже вторая половина июля, а с тобой еще ни разу ничего не стряслось. Это потому что воздух тут чистый и еда здоровая. Да и отдыхаешь достаточно. Не уезжай, а?
- Тетя Ната, скучно мне здесь. А в городе я смогу погулять. Я ведь с детства в Столице не была, уже и не помню ничего. Вот честное слово, если почувствую себя плохо, вернусь к вам. Ну, можно я уеду?
Родственники приняли доводы Лины, но она видела, что их гложут сомнения, и сбежала собирать вещи.
Когда она вышла, то увидела две большие корзины, полные овощей, яблок, каких-то банок и горшков.
- Что это? - в ужасе спросила Лина.
Продукты тебе, - безмятежно ответила тетя, - включишь холодильник и разложишь все по полкам.
- Но я ведь не дотащу!
- Так мы тебя проводим, ты что ж думала – отпустим тебя одну? А в городе такси возьмешь. До нас от вокзала недорого получается. У дома тебе таксист поможет – это их обязанность. Да скажи ему, чтобы аккуратнее был, а то здесь яйца, так не перебил бы.
Поняв, что от корзин отделаться не удастся, Лина смирилась, подхватила свою сумку, остальные взяли корзины, и все семейство отправилось на вокзал.
Оказавшись, наконец, в одиночестве, Лина смогла расслабиться и отдаться своим чувствам.
Отчаяние, которое она загнала вглубь себя, охватило ее, и она смотрела в окно на прелестные пейзажи невидящими сухими глазами – слез не было.
Была тоска, глухая, черная, понимание, что полеты закончились навсегда, и чем теперь жить, чего ждать, не понятно.
А тяжелее всего была мысль о том, что теперь ее ждет та же рутина, в которой бессильно барахтаются все вокруг нее и которую жизнью называть не хочется.
Такое у нее было приключение, такие события и впечатления, такие эмоции – и вот, не осталось ничего.
Кроме того, Лина с удивлением поняла, что скучает по тому странному человеку, который безмолвно общался с нею на далекой планете, что он, каким-то странным образом, стал ей близок и необходим.
Тоска стала еще чернее и безысходнее, и Лина тихонько застонала от душевной боли.
- Девушка, вам плохо? - раздался голос над ее головой.
Она посмотрела в сторону говорившего – это был молодой парень, лет двадцати, не больше, который с участием смотрел на нее.
- Нет-нет, все в порядке, - торопливо ответила Лина, - просто я забыла сделать одну важную вещь, а теперь вспомнила и расстроилась.
- А, ну, это поправимо. Вот домой приедете – сделаете. Вы ведь домой едете?
- Домой, - машинально ответила девушка и тут же забыла о непрошенном собеседнике, который смущенно и огорченно смотрел на нее и понимал, то нисколько ее не интересует, и это при том, что сам он сел в этот вагон из-за нее: увидел на перроне и сразу же пропал.
Девушка молчала, и парень молчал тоже, не решаясь возобновить разговор.
Так они доехали до города, и Лина чуть не ушла из вагона без своих корзин – настолько она не помнила о них. Но ее застенчивый попутчик сам достал их из-под скамеек и поволок следом за девушкой к стоянке такси.
Ему страшно хотелось проводить ее, но он не решился спросить об этом и обреченно поставил корзины в багажник.
Лина села в машину и назвала таксисту адрес. Тот кивнул, машина рванулась с места, унося с собой красавицу и оставив в привокзальной толпе парня, которого теперь тоже глодала черная тоска, не хуже той, которая глодала предмет его внезапного чувства.
Лина мгновенно забыла об услужливом попутчике. Она была, как во сне, отключена от действительности и страшно удивилась, очнувшись на миг, что сидит на диване в квартире тети.
Жажда мучила ее, и она пошла на кухню, чтобы напиться. Пустые корзины стояли в коридоре – значит, она выложила продукты в холодильник, но она не помнила, что сделала это.
На ней были домашние шорты и майка – она переоделась? Когда? Волосы в косе подмокли – приняла душ? Да что же это с нею творится?
И тут она подумала, что организм, привыкший к тому, что в эти дни она каждый год переносит перегрузки, новые впечатления, а потом спит, видимо, не справляется с нарушением привычного алгоритма, а потому умнее всего было лечь спать, тем более, что уже было довольно поздно, и глаза у нее слипались, на самом деле.
На удивление, Лина заснула быстро и крепко.
И сразу же ей стала сниться далекая планета – города, ландшафты, люди...
Что-то не так было в этих видениях, словно бы, они были покрыты патиной, туманом, легкой дымкой.
Приглушенно сиял город в этом сне, воздух не был прозрачным и чистым, как в действительности, вода в реках и озерах была мутной и странно волновалась.
Сон был мучительным. Люди больше не махали ей и не улыбались. Молча сидели и стояли они на летающих платформах и в прозрачных шарах, молча смотрели на девушку, а в глазах их светились обреченность и осознание неизбежности – чего?
- Что случилось? - хотела спросить Лина, но горло ее было сжато, рот не удалось разомкнуть, и она лишь мычала что-то, стонала и металась по постели, не в силах проснуться, чтобы избавиться от мучительного сна.
Вдруг поверх картины сна всплыло лицо правителя – а Лина уже давно поняла, что молчаливый человек, деливший с нею общество во время экскурсий, был правителем – может быть, всей планеты, а может быть, одной страны на этой планете. Но то, что он был важным человеком – это было ясно по тому, как беспрекословно слушались его все окружающие, как ему даже приказывать не приходилось – все сами знали, что и как нужно делать.
Лицо правителя было скорбным и опустошенным.
Он смотрел на Лину и молчал некоторое время, а потом сказал следующее:
- Прости, я не успел, все ждал, чтобы ты стала старше, и вот ты выросла, но уже поздно, я опоздал, все кончено, прости.
И не успела Лина спросить его, в чем его вина и что он не успел, как воздух позади него вдруг взорвался, вспыхнул, раздался ужасный грохот, свист и вой ветра, взметнулось пламя, тут же опало, и бесконечная чернота хлынула со всех сторон, мгновенно заполнила собой все и погребла в себе грустное лицо и больные глаза правителя, как, наверное, она погребла и тот мир, которым он правил.
Лина проснулась, вскинулась и села в постели.
Была глухая ночь, тишина, сердце стучало, как бешеное, заполняя собой все тело, кровь стучала в висках, девушку била дрожь.
- Прости, Лина, прости... Помни, помни... - голос, звучавший в ее сознании, становился все тише, словно говорящий уходил, удалялся в пространстве, и, наконец, стих совсем.
Девушка в ужасе сжала голову руками.
Она поняла, что не сон видела пару минут назад – это телепатограмма правителя долетела до нее из глубин космоса, и означала она, что того мира, который девушка так полюбила, больше нет.
Утром в теленовостях сообщили, что все обсерватории мира зафиксировали вспышку Сверхновой в том участке неба, откуда уже много лет на Землю приходили сигналы, которые ученые тщетно пытались расшифровать.
Теперь же эти сигналы исчезли.
Если они были посланием разумных существ, то прекращение их могло означать одно...
Лина выключила телевизор и бессильно сидела перед ним, продолжая смотреть на потухший экран.
Нужно было начинать учиться жить, как все.
Но она не знала, как ей это сделать.
Продолжение следует.
Начало романа можно прочесть по адресу:
листы инфы или вечный пост - ссылка ОГЛАВЛЕНИЕ. Мои тексты в ЖЖ - лист со ссылками на все тексты - "Мечта".
Рабочими ссылками являются заголовки частей.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: Friday, 17 March 2006 03:49 (UTC)no subject
Date: Friday, 17 March 2006 05:00 (UTC)Последним абзацем Вы всё испортили!!! Ну нельзя же так!!!
Если астрономы регистрируют вспышку сверхновой - это значит, что вспышка произошла НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД. Мы видим её только тогда, когда свет от неё доходит до нас. А до этой планеты несколько световых лет, потому что до ближайшей к нам звезды, Альфы Центавра, четыре световых года.
Астрономы, по сути дела, всегда наблюдают прошлое.
Такое потрясающее повествование - и вдруг такой технический ляп!
Или я неправ, и это специально сделано?
Леонид Ильич! Спешите медленно.
Date: Friday, 17 March 2006 11:17 (UTC)Наберитесь терпения - все разъяснится.
Re: Леонид Ильич! Спешите медленно.
Date: Friday, 17 March 2006 16:50 (UTC)Ну ладно, Вы меня успокоили. Буду ждать продолжения.
Re: Леонид Ильич! Спешите медленно.
Date: Friday, 17 March 2006 19:15 (UTC)Кроме того, еще и физическое недомогание мешало верному восприятию событий.
Ждем.
Посмотрим, как будут развиваться события в дальнейшем.
Сайт поддержки Либермана
Date: Friday, 17 March 2006 12:36 (UTC)Обращаюсь к Вам, как к человеку, который поддерживает Либермана.
Появился сайт поддержки Либермана и НДИ:
http://bhirot.ndi.org.il/podderjka/
Ведь достойные и уважаемые люди поддерживают Либермана:
писатель Анатолий Алексин
доктор Барух Подольский
писатель Александр Каневский
профессор Юрий Колодный
футболист Александр Уваров
борец Гоча Цициашвили
писатель Давид Маркиш
художник Евгений Абезгауз
Было бы классно, если б Вы вынесли это отдельным постом в своем журнале или группы.
Ну и знакомым конечно разослать.
Спасибо!
Re: Сайт поддержки Либермана
Date: Friday, 17 March 2006 12:53 (UTC)Будет на нем еще что-нибудь?
Re: Сайт поддержки Либермана
Date: Friday, 17 March 2006 20:34 (UTC)Я не создатель этого дела, поэтому ничего Вам не могу сказать....
no subject
Date: Friday, 17 March 2006 21:53 (UTC)no subject
Date: Friday, 17 March 2006 23:25 (UTC)no subject
Date: Saturday, 18 March 2006 00:53 (UTC)no subject
Date: Saturday, 18 March 2006 09:44 (UTC)Еще ведь неизвестно, куда нас кривая вывезет и как обстоятельства сложатся.
no subject
Date: Monday, 3 September 2007 10:47 (UTC)