ОДНА БИОГРАФИЯ ВО МНОГИХ КАРТИНКАХ. Продолжение. 1956 год, плавно переходящий в 1957.

[leon_orr]

Благодаря любезности дорогой и уважаемой konstantinna, я могу показать дом возле Бородинского моста, где жили дядя и тетя и где прошел значительный кусок моей жизни.



Три окна на верхнем этаже справа от угла с балконами, увенчанного башенкой, - наши. Два ближайшие к углу - гостиная, крайнее справа - столовая. На фоне этого окна дядя снял мой силуэт с ксилофоном:



Не знаю, понятно ли я объяснила. Жаль, не умею я нарисовать стрелочку на фото-файле.

Дядюшка, любитель фотографии, практически, не выпускал фотоаппарата из рук.

Мало ему было делать простые семейные фотографии, вроде этой - я с кузенами на фоне нашего огромного дома:



Или этой:



Здесь сидящая женщина слева - моя бабушка. Сидящая женщина справа - ее младшая сестра, моя тетя. Бабушка на этом снимке ровесница меня теперешней! А тете всего сорок семь лет, но как немолодо выглядят они обе - я была шокирована, когда осознала это.

Мужчина между ними - муж тети, мой любимый дядя, человек очень неординарный, сильный и добрый.
Стоящая женщина - какая-то родственница с его стороны, я только имя ее и помню.

Маленькая девочка, конечно же, я. А девочка постарше - моя младшая тетя, племянница моей бабушки. Сразу видно фамильное сходство, и это при том, я - еврейка на три четверти, а она - на три четверти украинка и на четверть - полячка. Здесь ей шестнадцать лет, мы с нею дружим. Дружить мы начали с моего первого приезда в Москву в 1954 году, когда ей было четырнадцать, а я была такой:



Помню, как мы шли с вокзала, она вела меня за руку и сама прыгала - ведь тоже была еще ребенком. А меня поразили в самое сердце ее сандалии зеленого цвета. Мне всегда покупали только коричневые, а у других детей были и синие, и красные, и вот - зеленые!

Продолжалась наша дружба очень долго и сошла на нет, когда я окончила институт и уехала в Питер. Дяди не стало в 1982 году, тетя пережила его всего на пару месяцев, и общение с этой семьей прекратилось совсем. Получается, что держалось оно лишь на стариках.

Дядя-фотолюбитель еще и экспериментировал, что мне страшно нравилось, и я всегда была рада послужить ему моделью:



Но, как ни любила я жить в Москве, всегда приходилось из нее уезжать и возвращаться в Батуми.

И в пятьдесят шестом я вернулась домой к маме:



Стала ходить в детский сад, где вскоре плясала и веселилась на новогодней елке, встречая с новыми друзьями - Колей Новиковым ( стоит справа от меня) и Сережей Парцвания (клоун слева) - 1957 год:



Детский сад принадлежал Батумскому военному госпиталю - бабушка моя в нем работала. Сержка был сыном начальника госпиталя. С Сережкой и Колей мы потом учились в одном классе.
Остальных ребят я не помню.

Но, познакомившись с новыми друзьями, я не забывала и старых:



Мальчик - это Генка Водолазко. Мы у его мамы снимали комнату в совхозе Ферия. Это с ним я ходила по мандарины - поход описан в рассказе "Мандарины".
А солдаты - наши с ним друзья. Они недалеко от нашего дома служили - почему-то стояла там машина связи, такой большой крытый грузовик, дом на колесах, и они жили в этом доме, а мы ходили к ним в гости.
Они нас часто подкармливали вкуснейшим борщом на армейских мясных консервах и гречневой кашей с этой же тушонкой. Хорошие были ребята!

Тот, что в фуражке, грустный. Это потому, что в тот день он просил мою маму выйти за него замуж и уехать с ним в Сибирь, а она ему отказала.

Я узнала об этом спустя несколько дней, потому и смеюсь, не знаю еще, что ему-то не до смеха и что его нужно пожалеть.

Он на маме из-за меня хотел жениться - хотел меня удочерить.
Даже и не знаю до сих пор, права была мама или нет. Но сердцу не прикажешь, поэтому, наверное, права.
Звали его Виктором, а больше я о нем ничего не помню.

Продолжение следует.

Comments

[leon-orr.livejournal.com]

К маме она была как-то особенно немилосердна.
Уж и не знаю, за что.

[ari100crat.livejournal.com]

Наверное мы в душе больше атеисты, раз мы задаем себе такие вопросы .Я тоже часто думаю о том, что горести распределены далеко не поровну. И судя по поведению страдающего человека, часто нельзя сказать ,что он этого заслуживает; часто очень даже наоборот... Вот и приходишь к мнению ,что существует "судьба"

[leon-orr.livejournal.com]

Станешь атеистом, если видишь, что твоя мать прожила мучительную жизнь, никому и ничему не сделав ничего плохого, а какая-нибудь мразь, или даже, просто, никакой человечишко, живут себе и горя не знают.
"Бог отвернулся, не глядит..."