leon_orr

Вот так и ведется на нашем веку:
на каждый прилив - по отливу,
на каждого умного - по дураку,
всё поровну, всё справедливо

Булат Окуджава

Вокруг меня всегда было много умных людей — люблю я умных, что тут поделать, такое извращение.
Но что писать об умных?! Умные — они умные и есть, они не представляют собой загадки мироздания, при общении с ними не возникает позыв докопаться до причин их ума, его воспринимаешь как данность, как нормальное состояние человеческой ментальности, а разве норма требует какого-либо объяснения или оправдания? Нет, разумеется, на то она и норма — нормальное, то есть, единственно возможное ( и допустимое) сочетание различных факторов, — отступление от которого нормой быть не может, как не может быть двух перпендикуляров, опущенных на прямую линию из одной точки.

Отступление от нормы со знаком «плюс» — это талант или даже гений.
Отступление от нормы со знаком «минус» — глупец, дурак, идиот.

Глупцов я оставлю без внимания: я сама бываю невероятно глупа, даже неприятно становится и обидно за свой ум — что ж это, вроде бы, он у меня есть, а я беру и не пользуюсь! Глупо же! Поскольку самоанализом я привыкла заниматься интимно, то оставлю читателям изучение глупцов в качестве домашнего задания. Я уверена, что почти у всех бывают моменты крайней патологической глупости - так стоит ли мне заниматься тем, что прекрасно широкой публике известно?!

Идиот — это уже что-то клиническое, а я не медик, не могу я проводить расследование в области, куда мои знания не распространяются. Так что, идиоты пусть ждут своего следователя-профи, я же займусь дураками.

К сожалению, немалое количество их тоже болтается у меня под ногами и довольно часто мешает передвижению по жизненному пути. По этой причине не заметить их невозможно, тем более, что они сами семафорят руками, ногами и другими жизненно важными органами — например, громко орут, желая привлечь к себе внимание, хотя я на их месте старалась бы ходить между умными бесшумно и старалась бы слиться с ландшафтом.
Но на то они и дураки, чтобы вести себя по-дурацки.

Наблюдая дураков и раздумывая об их сущности, я вычленила несколько их типов. Начну с самого безобидного и продолжу расследование по направлению к самому зловредному и опасному.

Итак, тип первый — Дурак обыкновенный ( примечание: я буду везде писать «дурак», но подразумевать не только мужчин. И хотя женщина-дура отличается от коллеги-мужчины, я опасаюсь, что моего интеллекта не хватит на описание этих отличий, поэтому я исследую дураков обоего пола лишь в той части, где они схожи между собой, а слово «дурак» буду использовать в качестве термина).

Ну, так получилось. Родился таким. Чаще всего виной тут генетические особенности родителей и социальный слой.
Дурак обыкновенный, как правило, не образован, ничего не читает и даже то, что по телевизору показывают, понимает с трудом. Он настолько дурак, что даже не умеет скрыть, что да, дурак!

Ему трудно правильно произносить слова даже родного языка, он их переделывает на свой лад и удивляется, когда его не понимают. Об иностранных языках применительно к Дураку обыкновенному даже и заикаться не стоит. Счёт ему тоже даётся плохо, о географии родного края имеет самые смутные представления, слова «биология» он никогда не слыхал и не важно, что свои восемь классов он всё же окончил да и в ПТУ отсидел положенное время.

Дурак обыкновенный плохо ориентируется в жизни, самые простые решения, которые могли бы её улучшить и облегчить, обходят стороной излишне прямые коридоры извилин его головного мозга, поэтому живёт он, как правило, плохо, даже если не пьёт или пьёт без фанатизма. Просто почему-то всегда так получается, что из любого положения он выбирает наихудший выход и потом долго удивляется, что у него всё так нескладно получилось в ситуации, когда другие выбираются из неприятностей с минимальными потерями.

Работать с Дураком обыкновенным — мука мученическая. Его там, в ПТУ, ничему не научили — ни наукам, ни ремеслу. Он, вроде бы, и понимает, за какой конец держать лопату, но гарантии, что копать ею он станет там, где ему укажут, нет никакой. Копать он, в любом случае, будет или в месте посветлее, или где копать категорически запрещено, или найдёт ещё какой-нибудь мало приемлемый вариант.

Выслушав весь мат по поводу выполненной им работы ( зачастую, очень тяжёлой и грязной — даже чаще всего тяжёлой и грязной, ибо кто ж за такую работу возьмётся, кроме дурака — да ещё и за такую зарплату!), он страшно удивится: он-то считал, что славно потрудился, и ждал, если и не похвалы, то хотя бы признания, что он славно потрудился, а тут такое!
Внимательно выслушав перемежающиеся матом дополнительные указания, он кивнёт головой в знак понимания, но не обольщайтесь! Всё равно яма вырастет посреди только что укатанного двора, письмо уйдёт не по тому адресу, деньги будут начислены не той организации и не тому человеку, а контейнер с товаром будет забит гантелями и гирями-пудовиками, хотя фабрика ждала пряжу итальянскую для кофточек женских фантазийных.

Об отношениях дураков с людьми другого пола лучше даже и не думать — это трагедия! Хорошо ещё, если им встретится такой же дурак, ну, жить будут трудно, бедно, в постоянном изумлении, как это другим удаётся жить лучше и приятнее, но, по крайней мере, не испортят жизнь более умному человеку.
А вот если какой-нибудь умник ( любого пола) по таинственным — зачастую и для него самого — причинам «клюнет» на дураках — тут только держись! Хотя стоит задуматься, можно ли считать умником того, кто в Дураке обыкновенном дурака не увидел, несмотря на то, что тот и не пытался ничего скрывать, ибо не дано ему скрыть своего истинного содержания — или отсутствия оного, тут уже каждый сам пусть считает, как хочет.

Но, допустим, нонсенс случился, умный и дурак стали жить вместе, и несчастный умник бьётся, как рыба об лёд, в попытках построить себе и семейству более или менее благополучную жизнь, однако все потуги его, все метания останутсяч втуне, потому что на пути их стоит и благодушествует дурак, каждое телодвижение которого сводит на нет ухищрения и старания второй половины пары.

Умник — туда, а там — дурак! Свой, родной, но несмотря на это, зловредный, как чума или холера. Или потерявший управление бульдозер, сметающий без цели и смысла, по одной своей неуправляемости, все достижения, удавшиеся выбивающемуся из сил умнику. Да и достижения те мизерные: где уж, имея под боком дурака, замахиваться на что-то по-настоящему значительное! Тут от краха попыток достичь самых скромных жизненных радостей или удобств, такие фингалы, шишки и «фонари» появляются на несчастной голове умника, что он понимает: при разрушении мечты более существенной от него и мокрого пятна не останется.

Вздохнёт умник и двинется в другую сторону. Но и там его поджидает жест родного дурака — или не вовремя излишне размашистый, или — недостаточно широкий, а то и просто обыкновенное бездействие в пиковой ситуации, когда нужно было бы что-нибудь предпринять, но дурак в это время отвернулся и момент пропустил.
И опять умник лечит раны, недумевает, как это его угораздило, и в конце концов начинает думать, что, наверное, зря он считал себя умным человеком ( пожалуй, согласишься с ним), что он сам виноват в неудачной своей жизни, что, видимо, он только такую жизнь и заслужил, а потому хватит барахтаться, масла ему никогда не сбить, чёрт с ней, с этой жизнью, он готов утонуть.

Случается, что и тонет. Дурак искренне горюет, плачет, переживает, но ему никогда не придёт в голову, что ведь это он родного человека со свету сжил. Да и никому такое не придёт в голову, потому что Дурак обыкновенный никогда и никому никакого зла сознательно и с умыслом не причинил, по каковой причине и считается очень добрым человеком.
Да, не умник. Дурак. Но добрый какой!

Продолжение следует

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. ЭССЕ