leon_orr

Возвращаясь к «Курску». Первый был «Курск». Случилось так, что система в ходе «Курска» стала заботиться не о реакции на катастрофу, а об устранении плохих пиар-последствий для самой себя в ходе катастрофы. Следующий был «Норд-Ост». Хорошо, система не могла предсказать «Норд-Ост», предсказать теракт было довольно сложно. Хорошо, система не очень быстро могла среагировать на «Норд-Ост». Действительно, не очень понятно, что делать. Сидят заложники. Пытаться их освобождать – потерять всех. Пытаться освободить их с помощью газа – испортить их здоровье.

Я сейчас даже не буду говорить о том, как во время «Норд-Оста» правильно или неправильно был организован штурм. Но вот такой момент. Уже после «Норд-Оста» выяснилось, что руководителем группы был не столько Мовсар Бараев, который приехал из Чечни, сколько местный, московский чеченец, которого звали Руслан Эльмурзаев, он всё время сидел рядом с Бараевым замотанный. И когда Бараев не знал, что отвечать, он поворачивался к Эльмурзаеву и спрашивал: «Чего мне делать?» Это есть даже на пленках.

Эльмурзаев был начальником службы безопасности «Прима-банка», московского грязненького банка. И еще полтора года этот банк функционировал. И чеченцы из этого банка били временного управляющего ЦБ в собственном кабинете этого управляющего. Это притом что люди, которые били, в деле, как сейчас выясняется, имеется их расписки, типа «Генералу Мовлади Удугову. Мы взяли из кассы банка 20 тысяч долларов на теракт», буквально такими словами. Плюс они все передвигались в инкассаторском броневичке. Вот можно ли себе представить, чтобы система до такой степени была невменяема, что она не сумела среагировать даже на это.

Более того, после «Норд-Оста» выяснилось, что паспорта, которыми пользовались террористы, приехали из Карачаево-Черкесии. И туда отправили подполковника милиции Андрея Лисицына, выяснять, что там происходит с паспортной службой Карачаево-Черкесии. То, что произошло, описано в старой статье Ольги Бобровой в «Новой газете». Потому что Эркенов, начальник милиции общественной безопасности республики прямо нам сказал: «Вы понимаете, что вы в чужой бизнес влезли?» И натравили на Лисицына крупного милицейского чиновника г-на Чекалина, сейчас он сенатор от Удмуртии.

Видимо, это была большая шайка, которая продавала паспорта не только террористам. Но можно ли себе представить, чтобы после теракта система не разобралась с людьми, которые продавали паспорта террористам, чтобы после теракта люди, хотя бы подозреваемые в этом, говорили другим милиционерам: «Представляете, в чей бизнес вы влезли»? Вот так пошел распад системы.

Так стало ясно, что любой человек в погонах, который в России совершает преступление, это его привилегия, это его право. Собственно, это то, на чем система держится. Она не может отобрать это право, потому что именно в обмен на свое право этот человек защищает систему. А потом был уже Беслан.

А теперь оказалось, что в зоне поражения теракта, такого гигантского природного теракта, который является терактом, который не является стихийным бедствием, находимся все мы. Тем временем, пока Россия горит, система решает какие-то свои проблемы: то они обсуждают закон о милиции, то они выделили деньги г-ну Петрику. Это замечательный человек, мошенник в прямом смысле этого слова. Точнее, выделили деньги не Петрику, выделили деньги по той самой программе «Чистая вода», которая долгое время у нас связана с именем г-на Петрика и его соавтора изобретателя г-на Грызлова.

Сейчас партия «Единая Россия» и устроители конкурса утверждают, что Петрик не имеет отношения к этой программе. Но напомню, что раньше именно Грызлов и Петрик просили на это дело 15 триллионов рублей. И кто такой Петрик, особенно для страны, которая… Как там? Сколково, нанотехнологии. Видимо, у нас Петрик будет в Сколково заседать. Это мошенник в самом прямом смысле слова, потому что при советской власти он получил ровно по этой статье свой срок, большой. Освободился. Занимался в основном скупкой изобретений различных оборонных институтов.

Например, представьте себе, что Петрик демонстрировал всем обтекатели из искусственной шпинели, обтекатель для ракет. Т.е. она прозрачная, она сидит на ракете, под ней сидит какая-нибудь головка наведения, через нее всё видно. И всюду ходили, рассказывали, что это сделал Петрик. Представьте себе, как себя чувствовали ученые из государственного оптического института, которые эти самые обтекатели делали на самом деле, которые знали, что только бракованные экземпляры находятся на руках различных людей, которые ими торгуют.

Там было много такого рода историй. Но самая замечательная история, которая, на мой взгляд, является предшественником «Чистой воды» и объясняет, почему в покровительстве Петрика замешаны самые высокие лица государства, это история с осмием-187. Прежде чем рассказать про историю осмий-187, я хочу напомнить, что в Питере начала 90-х годов вообще были популярны такого рода полубандитские разводки, когда во всем этом самозарождающемся экономическом бульоне бандиты слышали, что можно вывезти за огромные деньги какой-нибудь алюминий, медь, что очень большая разница между ценами, по которым ты покупаешь внутренне, и ценами, по которым ты покупаешь снаружи.

И у бандитов тоже были странные представления о действительности. Они всё время считали, что внутри России есть какие-то замечательные вещества, которые создала наша оборонка, что если ты их вывезешь на Запад, ты купишь за миллиарды долларов и обогатишься.

Первой темой был какой-то альфафетопротеин. Это биологическое вещество, которое чему-то там способствовало и добывалось из выкидышей. Изобретатель, который его сделал или якобы сделал, ходил в тапочках на босу ногу, у него крали все кому не лень – то бандиты, то менты – и вывозили этот альфафетопротеин.

Но даже если он от чего-то помогал, то понятно, что его никто на Западе не покупал, потому что никакая западная фармакологическая лаборатория не купит у вас не известно какое вещество, которое якобы обладает чудесными свойствами вообще без сертификата. А вдруг его варили дома в туалете и еще туда плюнули? Потом был пчелиный яд, потом был змеиный яд. Где в Питере змеи, сложно сказать. Но под этот змеиный яд чуть ли не самолеты фрахтовали питерские бандиты.

И вот четвертым на этой волне был осмий-187, это когда в начале 90-х годов задержали чиновника питерской мэрии Савенкова, который где-то там через финскую границу в левом носке правого башмака вез ампулу, в которой находилось 6 граммов вещества осмий-187. Его задержали. Почему его задержали, кто на него стукнул, это очень интересно. У него не было никаких документов на вывоз этого осмия. ФСБ и все государственные органы забегали и стали выяснять, что это за осмий и кому он нужен. Был он нужен примерно так, как альфафетопротеин.

Что такое осмий-187, который якобы очищен Петриком на кухне? Есть такая штука, которая называется рений-осмиевый метод в определении возраста вещества. Рений-осмиевый метод заключается в том, что есть рений, у которого есть два изотопа, более-менее стабильных, 185 и 187. 185 совсем стабильный, а 187 распадается в течение 10 млрд. лет, и распадается как раз на осмий-187, что очень удобно для датировки. Ты берешь кусок руды, смотришь, сколько в нем рения, сколько в нем осмия-187, и получаешь датировку.

И есть Джезказганский медный комбинат, в отвалах которого много рения. Соответственно, в отвалах которого из всех изотопов осмия содержится только осмий-187. У осмия очень много изотопов, и осмий-187 действительно очень редкий изотоп, он занимает 1,6% в общем количестве осмия.

Надо отдать должное Петрику – или это он сообразил, или это ему подсказали, – действительно, чисто химическим путем из отвалов Джезказганского медного комбината можно получить не только осмий, а именно осмий-187, потому что никакого другого осмия там нет, потому что он является продуктом полураспада рения.

Проблема заключается в том, что ни для чего осмий-187 не нужен. Т.е. вообще не нужен. Нет способов применить осмий, как нет способов применить множество других дорогих и известных веществ. По ценам Окриджской лаборатории, которая вообще диктует все цены на изотопы, осмий-187 действительно стоит очень дорого. Он стоит 200 тысяч долларов грамм, или 200 долларов микрограмм. И он стоит так потому, что все такого рода изотопы, ненужные изотопы получают методом электромагнитной сепарации, когда уже чисто химическое вещество разделяется на изотопы, и, соответственно, осаждаются полоски вещества.

И стоимость изотопов в таком случае прямо пропорциональна тому количеству денег и усилий, которые затрачены на его выделение. И любой изотоп, которого очень немного, соответственно, стоит очень дорого. Большая проблема заключается в том, что стоит он дорого, но этот неуловимый Джо никому не нужен, потому что его никто не ищет. И вопрос – у вас есть редкий изотоп, и у него есть реальная цена. Но просто по этой цене его никто и никогда не будет покупать, потому что он никому не нужен. Что делать?

И тут мы возвращаемся к этой истории с задержанием Савенкова. Посмотрите, какая реклама создается осмию-187, совершенно ненужному веществу, не имеющему промышленного применения, в рамках задержания Савенкова. Все государственные органы, все журналисты, ФСБ, сами питерские власти начинают бегать и выяснять, зачем этот осмий нужен.

Они создают гигантскую рекламу этому осмию. Каждый питерский бандит и каждый питерский банкир знает, что это стоит 200 тысяч долларов грамм и это жутко интересная штука. И даже сам Владимир Владимирович Путин – внимание: Владимир Путин, – который тогда работает в питерской мэрии, дает интервью 17 марта 1994 года газете «Вечерний Петербург», когда говорит, что это очень важное и нужное изобретение для города, осмий-187.

«Изобретения, созданные в ходе этих работ, – я цитирую Путина, – запатентованы, т.е. защищены законом. Я встречался с изобретателем (по понятным причинам не называю его имени), обсуждал с ним все возникшие трудности. Ученый готов реализовать свои открытия…», в рамках того акционерного общества, которое первоначально предлагал создать Савенков.

И все обсуждают, правильно вывозили осмий или неправильно вывозили осмий. И даже Путин участвует в этой рекламной кампании осмия-187. И никто не задается вопросом – а зачем он нужен?

Что происходит дальше? В Радиевый институт имени Хлопина приходит письмо из-за границы, которое говорит: «Ребята, нам нужен осмий-187 в количестве 100 грамм». Представьте себе начало 90-х годов. Вернее, эта история с радиевым институтом, она происходила даже немножко раньше, они совпали по времени. Нищий радиевый институт, ученые, которые положили зубы на полку.

И тут им из-за границы этот заказ. Они бегут в госрезерв, они говорят: «Дайте нам, пожалуйста, 60 килограммов чистого осмия, мы выделим из него этот клятый изотоп и продадим, потому что он всё равно никому не нужен. Замечательно, мы накормимся». Ведь ученые в радиевом институте – надо отдать им должное – не сообразили, что осмий можно получить химическим путем из отвалов Джезказганского медного комбината.

Они честно пошли проторенной дорогой, они построили настоящую центрифугу, всё посчитали, там уже метод электромагнитной сепарации не выгоден в таких больших количествах, наработали 100 грамм этого осмия. Заграничные заказчики испарились. Остались они с осмием – и зубы на полке. 100 грамм, якобы 200 тысяч долларов за грамм.

Что происходит дальше? Приходит уже наш, российский заказчик, какие-то молодые ребята, очень хорошие, говорят: «Ребята, мы у вас купим этот осмий». Вы думаете за сколько? Ответ: «За 50 млн. долларов». Вы думаете, а в чем крючок-то? А эти молодые ребята говорят: «А осмий, он же стоит 200 тысяч долларов грамм. Вот у вас тут 100 грамм. Мы заложим этот осмий в качестве обеспечения по кредиту в коммерческом банке 200 млн. долларов, а после этого вам заплатим 50». Это гениальная история образца начала 90-х годов Питера.

Можно развести руки, потому что в ней есть несомненное знание физики и человеческой психологии (даже больше, чем знание физики). Я совершенно не сомневаюсь, что г-н Петрик знает физику в том объеме, в котором его знали средневековые алхимики, которые совершенно точно знали, что если ты властителю варишь золото и хочешь ему заморочить голову, то ты должен в полые палочки положить золото, они обгорят, и ты из тигля золото вынешь.

Но это история начала 90-х годов в Питере. И теперь эта история, такая же как с осмием-187, повторяется вот с этой самой «Чистой водой», с фильтрами, к которым есть очень серьезный вопрос по качеству очистки. Общество российских потребителей, кажется, даже в суд сейчас подает. И с фильтрами, сама технология изготовления которых не является ничем особенно новым, это повторение того, что было в этом маленьком бандитском Петербурге, лохастом, в начале 90-х.

И мы видим, что участвуют все те же люди. Я, конечно, понимаю, что Владимир Владимирович больше лично не участвует, если вообще он участвовал в этом осмии, если как-то случайно получилось это его интервью. Но все эти люди продолжают быть связанными. И все эти люди, скорее всего, просто не имеют сил противиться Петрику. И парадоксально, что государство, которое не способно обеспечить тушение пожаров, не способно обеспечить безопасность граждан, не способно обеспечить защиту от терроризма, оно способно обеспечить процветание изобретателя Виктора Петрика.

У меня есть несколько совершенно неизбежных вопросов про глобальное потепление, о том, что вот, мол, я не верила в глобальное потепление, а тут теперь у нас стало так жарко. Господа, у нас стало так жарко, как в 1972 году, такой же антициклон тогда стоял. Надо сказать, что я должна снять шляпу перед нашими властями – по поводу этой московской жары они ничего особо про глобальное потепление не говорили. Может быть, потому что если бы сказали про глобальное потепление, то все бы ржали в три голоса, сплошные скептики насчет глобального потепления остались бы в России.

Самый простой вопрос. Ведь когда мы горели, слушайте, тут в Подмосковье вулкан проснулся. Мы столько CO2 выбросили в воздух, что мы перевыполнили все нормы ГТО по выбрасыванию в воздух диоксида углерода и нарушению Киотского протокола на 20 лет вперед. Чья бы корова мычала… Но так или иначе наши власти особо не рассказывали про глобальное потепление, не ссылались. Больше на молебны уповали. А вот заграничные тут прорезались. И даже была парочка ученых, один из которых сказал, что такой жары не было уже тысячу лет, а другой сказал, что такой жары не было аж пять тысяч лет.

Это меня совершенно умилило, потому что понятно, что эти слова не имеют никакого научного содержания. Тысячу лет назад не существовало метеостанций, которые были способны померить со сколько-нибудь достоверной точностью климатические рекорды по всему миру. Однако тысячу лет назад, это известно, был так называемый средневековый теплый период, пользуясь словами одного из столпов глобального потепления, климатолога Кейт Бриффа, тогда, тысячу лет назад, было так же тепло, как и сейчас. Правда, эти слова г-н Бриффа сказал в частной переписке, а публично он подобные вещи отрицал.

И пять тысяч лет назад тоже был так называемый климатический оптимум голоцена, когда, действительно, было не то что так же тепло, как сейчас, а было теплее, чем сейчас. А 125 тысяч лет назад, в предпоследнее межледниковье, в Ээмский период, было значительно теплее, чем сейчас. Гренландия тогда почти растаяла или, может быть, совсем растаяла, уровень мирового океана был выше на 6 метров, на Темзе водились носороги, в Англии рос виноград. Но в Англии рос виноград и тысячу лет назад.

Это я к тому, что эти два высказывания про тысячу лет назад и про пять тысяч лет назад, они, с одной стороны, не имеют абсолютно никакого научного смысла, с точки зрения верифицируемости данных. А с точки зрения здравого смысла они как раз о том и говорят, что нет глобального потепления, а есть циклические изменения климата земли, который всегда меняется.

Четыре с половиной миллиарда лет существует земля, 3,8 млрд. лет на ней существует жизнь. И за это время менялось на земле всё, даже атмосфера. Потому что та жизнь, которая зародилась, она зародилась, когда атмосфера состояла из диоксида углерода, метана и аммиака, и 2,3 млрд. назад на Земле произошла так называемая великая кислородная катастрофа, когда атмосфера вывернулась наизнанку, когда кислород, который доселе в свободном состоянии в атмосфере не присутствовал, благодаря жизнедеятельности одноклеточных водорослей стал присутствовать. Более того, те анаэробные формы жизни, которые этот кислород наплодили, от него, как яда, и померли. Т.е. произошло полное изменение атмосферы Земли.

Мы очень плохо понимаем, что произошло после этого. Мы только знаем, что, скорее всего, где-то 600 с лишни миллионов лет назад Земля, возможно, превратилась в снежок – это так называемая гипотеза Snowball Earth, – она замерзла полностью. Это довольно дебатируемый вопрос, к которому, тем не менее, теперь склоняются всё больше и больше ученых. Это связано с тем, что на тех частях суши, которые должны были тогда находиться на экваторе, породы устроены таким образом, что видно, что на них есть следы оледенения.

Это довольно сложно доказать. Потому что есть альтернативные гипотезы, что Земля не была снежком, что, может быть, магнитные полюса были тогда расположены по-другому или у Земли было несколько магнитных полюсов. Но, тем не менее, есть такая гипотеза, и она весьма вероятна, что Земля оледенела полностью и потом отчего-то растаяла. Кстати, весьма возможно, действительно от парникового эффекта. Потому что вулканы продолжали выбрасывать диоксид углерода в атмосферу, он действительно разогревает атмосферу. А поскольку в полностью заснеженной Земле диоксид углерода не растворялся в океане, то содержание диоксида углерода в атмосфере превысило не то что в сотни, а в тысячи раз нынешние нормы.

Во всяком случае, после того, как Земля растаяла, на ней начался невиданный взрыв жизни. Эта эпоха носит название эдиакарий. Это очень интересная эпоха. Потому что раньше считалось, что взрыв жизни произошел во время кембрия. Собственно, так оно всё и делится – на докембрий и на то, что было после кембрия, то, что называется фанерозой. И считается, что кембрий был, по одним данным, 540 млн. лет назад, по другим данным – 570 млн. лет назад, и тогда начался взрыв жизни.

А сейчас биологи посмотрели и выяснилось, что между эдиакарием и кембрием произошло гигантское вымирание жизни. Мы не знаем, по каким причинам. И как раз жизнь-то, она, видимо, расплодилась, когда стало чуть-чуть потеплее. Причем те животные, которые расплодились тогда, они почему-то очень быстро умерли с началом кембрия. Произошло гигантское вымирание жизни.

Точно такое гигантское вымирание жизни произошло 250 млн. лет назад на рубеже мезозоя, это пермско-триасовое вымирание видов, судя по всему, оттого что произошли гигантские извержения, так называемые трапповые извержения, в ходе которых в Сибири было выброшено 12 млн. квадратных кубометров лавы. Для сравнения: в нынешних извержениях, в самых больших, выбрасывается по 12 кубических километров лавы, это, допустим, какой-нибудь Кракатау, а тогда было выброшено 12 млн. И 95% существовавших тогда видов умерли. И потом было другое исчезновение видов, в ходе которого вымерли динозавры. Видимо, от гигантского метеорита.

Я, видимо, уже должна заканчивать и продолжить разговор на следующей неделе. Была масса вещей, которые влияли на климат, начиная от изменения географии материков и кончая уровнем солнечной радиации, который получает Земля. Меня больше всего смущает, что климат является сложной системой, такой же сложной, как человеческое общество, и обо всех этих вещах, обо всех этих изменениях климата и вымираниях видов и связи этого, прежде всего, с солнцем люди, которые объясняют нам, что изменение климата происходит из-за количества СО2 в атмосфере, не говорят вообще ничего. А климат от количества СО2 в атмосфере, конечно, зависит.

Более того, я вам скажу, что, если мы жрем горох и потом, пардон, с нами случается нехорошая вещь и мы испускаем дурные газы, которые представляют из себя метан и которые в 21 раз более разогревают атмосферу, чем СО2, так мы тоже, конечно, разогреваем атмосферу. Но из этого еще не следует, что надо регулировать посадки бобовых культур. Всего лучшего. До встречи через неделю.

ОГЛАВЛЕНИЕ. ПОЛИТИКА. МОЯ ПУТИНИАНА.